XIХ летние Олимпийские игры (Мехико, 1968 г.) 12 октября – 27 октября


Дата, место проведения

12 октября – 27 октября 1968 г., Мехико, Мексика

Особенности подготовки и проведения игр

Игры вновь увеличили свою географию.
На этот раз они проводились в Латинской Америке, в условиях высокогорья – 2240 м над уровнем моря, что отразилось на спортивных результатах.
Когда МОК избрал местом проведения очередных Олимпийских игр, в Мексику отовсюду ринулись спортивные разведчики и в мировой прессе появились сообщения о коварном высокогорном климате будущей олимпийской столицы. Тренеры и врачи забили тревогу, поскольку они считали, что на высоте 2240 м над уровнем моря сильное физическое напряжение способно повредить организму человека, привыкшего к условиям жизни на уровне моря. Споры постепенно утихли, и каждая страна постаралась устроить для своих спортсменов тренировочный лагерь повыше в горах, чтобы смоделировать Мехико дома.
Впервые Игры проводились в Латинской Америке; впервые благодаря использованию новейших достижений техники имели громадную зрительскую аудиторию.
Яркой красочной церемонией открылись Игры.
Впервые в истории Игр честь зажечь олимпийский огонь предоставили женщине. Мексиканка Норма Энрикетта Басилио Сотело появилась на стадионе с факелом в руках, сделала торжественный круг и поднялась на 90 ступенек, специально рассчитанные на ее шаг.

Победители олимпиады, в том числе спортсмены России

Сборная команда США опередила сборную СССР, завоевав 45 золотых, 28 серебряных и 34 бронзовых медали, а сборная Советского Союза соответственно 29, 32 и 30. В нашей сборной отличились Виктор Санеев (тройной прыжок), Михаил Воронин (гимнастика), Борис Лагутин (бокс), Леонид Жаботинский (тяжелая атлетика), Елена Белова (фехтование).
Впервые в истории спорта американский прыгун в высоту Р.Фосбери продемонстрировал новый стиль прыжков, получивший название «фосбери-флоп» и вытеснивший старый стиль. Феноменальный рекорд по прыжкам в длину показал его соотечественник Боб Бимон, улетевший на 8 м 90 см (этот рекорд не был побит до 1991 г.).
Все золотые медали на стайерских дистанциях увезли атлеты африканского континента К. Кейнс и Н. Тему (Кения), М. Гаммуди (Тунис), М. Волде (Эфиопия). Участница пяти Олимпиад румынка Лия Менолиу завоевала золото в метании диска.

Общий медальный зачет по странам

№ Страна Золото Серебро Бронза Общее кол-во
1 США 45 28 34 107
2 СССР 29 32 30 91
3 Япония 11 7 7 25
4 Венгрия 10 10 12 32
5 ГДР 9 9 7 25
6 Чехословакия 7 2 4 13
7 Франция 7 3 5 15
8 Австралия 5 7 5 17
9 Польша 5 2 11 18
10 ФРГ 5 11 10 26
11 Англия 5 5 3 13
12 Румыния 4 6 5 15
13 Югославия до 1988 3 3 2 8
14 Мексика 3 3 3 9
15 Кения 3 4 2 9
16 Нидерланды 3 3 1 7
17 Италия 3 4 9 16
18 Турция 2 0 0 2
19 Иран 2 1 2 5
20 Болгария 2 4 3 9
21 Швеция 2 1 1 4
22 Пакистан 1 0 0 1
23 Тунис 1 0 1 2
24 Норвегия 1 1 0 2
25 Эфиопия 1 1 0 2

Опубликовано в рубрике Мехико 1968. Комментарии (0)

Наши спортсмены на XIX летних Олимпийских играх

Призеры летних Олимпийских Игр

* Гребля на каноэ и байдарках:
o I место –Людмила Пинаева,
o II м. – Александр Шапаренко (одиночное), I место –Александр Шапаренко, Владимир Морозов
* Парусный спорт: I место – Валентин Манкин
* Конный спорт : II место – сборная СССР
* Прыжки в воду:
o II место – Тамара Погожева (Трамплин),
o II место – Наталья Лобанова (Вышка)
* Стрельба:
o Стрельба из произвольного пистолета на 50 метров: I место – Григорий Косых
o Стрельба из малокалиберного пистолета: I место – Евгений Петров
* Баскетбол:
o III место – Сборная СССР
* Водное поло:
o II место – Сборная СССР
* Волейбол:
o I место Сборная СССР (женщины, мужчины)
* Гимнастика:
o II место – Михаил Воронин,
o I место – сборная СССР,
o III место – Наталья Кучинская( многоборье)
* Тяжелая атлетика:
o I место – Леонид Жаботинский (тяжелый вес),
o I место – Виктор Куренцов( полусредний вес),
o I место – Борис Сеокслицкий ( средний вес),
o II место – Владимир Беляев ( средний вес)
* Фехтование: I место – Елена Новикова ( личные, командные)
* Бокс:
o I место – Дан Поздяк (полутяжелый вес),
o I место – Александр Медведь (тяжелый вес),
o I место – Борис Лагутин (средний вес),
o I место – Валериан Соколов (легчайший вес)
* Прыжки в длину:I место – Виктор Санеев
* Толкание ядра: II место – Надежда Чижова
* Прыжки в высоту:
o II место – Антонина Окорокова,
o II место -Валентина Козырь
* Спортивная ходьба: I место – Владимир Голубничий.

Тбилисец Виктор Санеев установил мировой рекорд в тройном прыжке (17м 39см)
Елена Новикова (Белова) – завоевала две золотые медали по фехтованию.

Источник: http://www.olimpic.su

Опубликовано в рубрике Мехико 1968. Комментарии (0)

Герои Олимпиады. Данилович Санеев

Биографическая справка

Советский спортсмен-легкоатлет, заслуженный мастер спорта (1968), преподаватель. Окончил Грузинский институт субтропического хозяйства (1969) и Грузинский институт физической культуры (1975). Чемпион Европы и многократный рекордсмен мира; трехкратный олимпийский чемпион; серебряный призер московской Олимпиады Чемпион Олимпийских игр (1968, 1972), Европы (1969, 1974 и в закрытых помещениях — 1970—72, 1975), СССР (7 раз в 1968—75) в соревнованиях в тройном прыжке. В 1968—72 трижды улучшал мировой рекорд (17 м 47 см, 1972). Награжден орденом Ленина и орденом Трудового Красного Знамени.
Виктор Данилович Санеев родился 3 октября 1945 года в Сухуми
Семья переехала из казачьей станицы Сенгелеевской, расположенной недалеко от Армавира, спасаясь от голода. Вскоре после переезда отец Виктора тяжело заболел и уже не встал с постели до самой своей кончины в 1961 году. Жили они очень скудно, мать подстригала газоны в городских садах и еле сводила концы с концами. На Викторе, однако, это никак не отразилось, он был общительным и очень подвижным мальчиком, и самым трудным для него было усидеть несколько минут на одном месте. И уже тогда, за что бы он ни взялся, он делал это лучше других: лучше соображал, выше прыгал, быстрее бегал.

Начало спортивной карьеры, личные качества спортсмена

В 1956 году директор сухумской школы Малыгина попросила тренера легкоатлетов Акопа Самвеловича Керселяна посмотреть на одного из ее школьников. «Уж очень хорош!» — с чисто женской эмоциональностью сказала она. Керселян взглянул и сразу же взял действительно способного парня к себе. Конечно, заполучив такой благодатный материал, Акоп Самвелович связывал с быстро прогрессирующим Виктором определенные планы, но никто из них: ни Санеев, ни сам тренер даже в самых смелых своих мечтах не могли предположить, что из этого в конце концов выйдет… Тогда-то директор школы, проницательная женщина, и обратилась к Керселяну. Акоп Самвелович с удовольствием занимался с мальчиком, который оказался на редкость одаренным, впитывал в себя знания словно губка, и уже наметил специализацию своего способного ученика: прыжки.
Но долго им заниматься не пришлось: семья Виктора переехала в Гантиади, и в местном интернате Виктор провел долгих шесть лет. Он стал заниматься самостоятельно: бегал, прыгал, растягивался и даже сделал себе штангу. Техника техникой, но пока «физика» стояла у него на первом месте. Да и не с кем ему было заниматься этой самой техникой. Впрочем, выход он нашел: на юг то и дело приезжали всевозможные сборные, и Виктор часами внимательно наблюдал за тренировками выдающихся легкоатлетов, а потом повторял увиденные им упражнения. А когда он впервые увидел таких выдающихся звезд мирового спорта, как Валерий Брумель и Игорь Тер-Ованесян, то его восхищению и удивлению не было границ. Так работать, как они, могли только самые настоящие фанатики своего дела!
Вдохновленный увиденным, он налег на заимствованные у звезд упражнения на развитие прыгучести и координации, и уже очень скоро на него стали с интересом посматривать… баскетбольные тренеры. Уж больно хорошо он прыгал. Баскетбол Виктору понравился, и он стал всерьез подумывать о том, чтобы стать баскетболистом, тем более что к тому времени он уже играл в настоящей баскетбольной команде центровым. Когда Виктор вернулся в Сухуми, Акоп Самвелович предложил ему начать серьезные тренировки, и тогда он сообщил ему, что решил «переквалифицироваться» в баскетболисты. Тренер расстроился. Они долго беседовали в тот исторический для обоих вечер, каждый приводил десятки самых что ни на есть убедительных доводов, и в конце концов, к огромной радости Керселяна, блудный сын решил снова вернуться в легкую атлетику.
Тренер вздохнул действительно с облегчением, когда через год Виктор выполнил первые разряды в беге на сто метров, в тройном прыжке и прыжках в длину. Тогда же он окончательно определил и его специализацию, остановившись на тройном прыжке. Виктор не возражал, ему все больше нравился этот вид легкой атлетики, один из самых сложных с технической точки зрения.

Первая победа

Тренировался он упорно и уже в 1962 году занял на Спартакиаде школьников в Волгограде третье место. Но никакой радости не было, стоя на пьедестале почета, он плакал от досады. Да и как было не досадовать, когда он находился всего в каких-то нескольких сантиметрах от первого места и все же уступил. Керселяну настроение его подопечного не понравилось, и он серьезно поговорил с ним об этом. Большой спорт, втолковывал он расстроенному Виктору, это не только победы, но и неизбежные поражения, и у большинства спортсменов их бывает намного больше, нежели успехов. Чтобы побеждать, мало только прекрасной координации и сильных мышц, необходима не менее мощная нервная система, без которой очень сложно стать чемпионом. Блеснуть — да. Но стать лидером на долгие годы со слабыми нервами невозможно.
Виктор принял во внимание слова тренера и в последующем уже не так бурно реагировал на неудачи. Без железной выдержки рекордсменом не стать, а высшая ступенька пьедестала почета манила его к себе, как альпинистов манят еще не покоренные ими вершины. Довольно быстро он стал мастером спорта и… в результате тяжелейшей травмы заполучил деформирующий артроз стопы. С такой неприятной болезнью не то что прыгать, ходить толком и то бывает трудно, и многие спортсмены из-за нее прощались со спортом намного раньше положенного времени. Конечно, Виктор переживал, не раз бывали минуты отчаяния, что вполне понятно в таком состоянии, и кто знает, чем закончилась бы вся эта история, если бы не Акоп Самвелович, который проявил себя в полном блеске.

Звездный час

Чуть ли не каждый день в течение долгих двух лет он не только убеждал Виктора, что ничто еще не потеряно, но и с удивительной настойчивостью пробовал на нем всевозможные методы лечения тяжелой болезни. Одно из них дало положительные результаты, и Виктор, сразу же воспрянувший духом и истосковавшийся по спорту, показал блестящий результат. Он улетел на пятнадцать метров семьдесят восемь сантиметров, и отвечавший за тройной прыжок в сборной Витольд Анатольевич Креер занес его в список кандидатов на поездку на Олимпийские игры в Мехико. Тренерский совет был несказанно удивлен таким решением, ведь ни один врач не давал никаких гарантий полного выздоровления Санеева. Но Креер сказал: «Санеев — прыгун от Бога и главный претендент на победу в Мехико». На первых же крупных соревнованиях 1967 года «прыгун от Бога» установил личный рекорд, прыгнув на шестнадцать метров тридцать два сантиметра и, так сказать, узаконил свое место в сборной.
К огромному сожалению Виктора, Акопа Самвеловича рядом с ним уже не было, он помогал ему теперь только теоретически. К этому времени Виктор закончил институт и его оставили на кафедре для занятий научной работой. Как ни странно, Виктор, сам не выкуривший ни одной сигареты, занялся проблемами выращивания табака и даже начал писать диссертацию на эту тему.
Но это длилось недолго, вскоре Виктор расстался с табаком и поступил в тбилисский институт физкультуры. Дело было, конечно, не в том, что он охладел к избранной им специальности. Став высококлассным спортсменом, Виктор прекрасно понимал, что в преддверии больших и важных стартов ему нужны прежде всего специальные знания по медицине, биологии, физиологии и тому подобное. Теперь он изучал проблемы строения человеческого тела, мышц и всего того, что с ними связано. Перед ним была высокая цель: победа на Олимпийских играх в Мехико.
Олимпийские играх в Мехико, 1968 год. Соперники были сильны и честолюбивы. Со всех концов света прилетели они за олимпийскими лаврами. Юзеф Шмидт прибыл в ранге мирового рекордсмена. С 1960 года он оставался единственным в мире прыгуном, покорившим 17-метровый рубеж в тройном прыжке. На третью золотую медаль претендовала бразилия в лице легконогого Нельсона Пруденсио. Расправляла плечи спортивная Африка. Сенегалец Мансур Диа, словно высеченный из громадного куска черного дерева, поражал ослепительной улыбкой и даольними прыжками на тренировках. Из Австралии приехал высоченный Фил Мэй, не уступающий спринтерам в беге. Не скрывали честолюбивых надежд хрупкий на вид американец Артур Уокер и мощный бородатый итальянец Джузеппе Джентилле. Наших было трое. Представитель «старой гвардии» рекордсмен СССР Александр Золотарев и молодые Николай Дудкин и Виктор Санеев. Все они были дебютантами олимпийских игр. А у Виктора к тому времени стаж выступлений в большом спорте исчислялся всего лишь одним годом…
Вспоминает Виктор Санеев: «…Джузеппе Джентиле уже в квалификации побил мировой рекорд – 17 метров 10 сантиметров. Что же будет дальше? Мы играли с Керселяном (первый тренер Виктора) в шахматы, а Креер (тренер сборной СССР) все ходил рядом и твердил, что Джузеппе перегорит и все встанет на свои места. И что волноваться из-за этого прыжка совсем , право, не стоит.
Я не волновался. Я подозревал, что Джузеппе вряд ли перегорит. А если и перегорит, то останутся другие. И они будут прыгать, как черти. И что это – только начало.
…Несмотря на состояние – весь из нервов, – голова достаточно трезвая. Понимаю, что это Олимпиада, что мне сейчас прыгать, а крик стоит, как на бое быков. Думаю: и что же вы так кричите? Смотрю, как прыгает итальянец, наш вчерашний рекордсмен… 17,22 – снова мировой рекорд! За ним бразилец Пруденсио – 17,05.
Моя третья попытка. Разбегаюсь. Прыгаю. 17,23. Новый мировой рекорд. Стадион ревет. А я жду, что будет дальше? Кто же первый остановится? Пруденсио выходит на старт прыжка, долго собирается. Внешне он спокоен. Начинает разбег – 17,27. Мировой рекорд побит. И тут что-то происходит. Итальянец Джентиле сразу как-то мрачнеет, уходит в себя. Американец Уокер, способнейший парень, никак не может собраться. Проваливает попытку за попыткой. Кто-то нервничает, кто-то от волнения не так ставит ногу, кто-то сникает – 17,27 не перепрыгнуть!
…У меня последняя попытка. И результат Пруденсио – 17,27. Это много, слишком много. Но все равно надо прыгнуть дальше. У меня странное состояние. Кругом кричат, а у меня внутри тихо. И только в голове холодно стучит: ноги, как струна! Лишь бы не опустить ноги. Я побежал…
Уже выходя из ямы, по крику зрителей понял, что результат улучшен. Но насколько? 17,39. Все было, как во сне. Кричали, хлопали по спине, поздравляли, целовались… А я молчал. Губы пересохли, потрескались. Что победил – знал, но смысл этого как-то еще не доходил…»
После победы Виктор отправился обратно в Москву, несмотря на весьма соблазнительное предложение отдохнуть на Кубе. И только здесь он по-настоящему понял, что такое слава. Встречи, интервью, почитание, уважение, застолья… Особенно отличился в этом его родной Сухуми, жители которого буквально носили на руках своего единственного олимпийского чемпиона. Да что там говорить, соблазнов хватало, но Виктор с честью выдержал испытание медными трубами и был намерен еще раз послушать их приятное пение. И тем не менее в 1971 году он уступил звание чемпиона Европы немцу Иоргу Дремелю, а мировым рекордсменом стал кубинец Педро Дуэнас, прыгнувший на семнадцать сорок. А когда до очередных Олимпийских игр оставалось всего ничего, обострилась старая травма, и Виктор проиграл всесоюзное первенство.
Но он уже был достаточно закален, чтобы не поддаться панике, и сразу же отправился домой, где мать стала его лечить бальзамом собственного приготовления. Впервые за долгие годы он по-настоящему отдохнул, много времени проводил на море и, набравшись сил, уже на предолимпийских стартах снова показал, кто есть кто в мировой табели о рангах. И хотя компания в секторе для прыжков на олимпийском стадионе Мюнхена и на этот раз подобралась очень сильная, борьбы как таковой не состоялось; уже в первой своей попытке Виктор решил судьбу олимпийского золота.
Но полного удовлетворения он не чувствовал. Мировой рекорд по-прежнему принадлежал кубинцу, и Виктор, привыкший к лидерству, горел желанием отобрать его у него в октябре 1969 года на «Кубке Санеева» в своем родном Сухуми. По правде говоря, в это мало кто верил, потому что всего за три дня до начала соревнований чуть ли не весь город гулял на свадьбе Виктора и студентки Тбилисского медицинского института Татьяны Хварцкия.
Но Санеев слов на ветер не бросал. Да и как он мог нарушить слово, которое дал жене,— что преподнесет ей свадебный подарок в виде рекорда мира? И Виктор выполнил обещание, прыгнув на семнадцать метров сорок четыре сантиметра и снова став сильнейшим в мире. А ведь он тогда уже тренировался один. Да, он был безмерно благодарен работавшим с ним людям за все, что они сделали для него. Да, он по-прежнему обсуждал с ними свои планы и советовался, но тренировался он только один, что лишний раз говорило о его высочайшем профессионализме. Ведь, что там греха таить, система сборов и была задумана только для того, чтобы сдерживать не всегда желавших соблюдать строжайший режим спортсменов.
На Виктора теперь никто не давил, и тем не менее он продолжал работать так, как того требовало его желание — стать трехкратным олимпийским чемпионом. А сделать это было очень сложно: сказывался возраст, продолжала беспокоить больная нога, и в довершение всего бразилец Карлос ди Оливейра отобрал у него мировой рекорд. В Монреале Виктор оказался единственным из тех, кто был четыре года назад в Мехико, и теперь его окружала талантливая молодежь во главе с ди Оливейрой, уже успевшим почти на полметра улучшить свой собственный мировой рекорд.
Отступать было некуда, и Виктор решил сражаться до конца. И все же поначалу прыжки не пошли, сказалась духота на крытом стадионе, сковывавшая движения. Вопреки всем ожиданиям, лидером стал американец Баттс, прыгнувший на семнадцать метров восемнадцать сантиметров. Все решили, что вопрос о чемпионстве снят.
Трудно сказать, о чем думал перед своим последним прыжком Виктор, но он сумел собрать в кулак все свои силы и волю и улетел на одиннадцать сантиметров дальше американца. Стоя в третий раз на высшей ступеньке самого высокого в мире пьедестала, Виктор с иронией посматривал на тех, кто совсем еще недавно, пусть в шутливой форме, но весьма прозрачно намекал ему, что до та-кого возраста в спорте не остаются. Вернувшись домой, Виктору стал усиленно готовиться к московской Олимпиаде: победа у себя дома стала бы великолепным венцом его блестящей карьеры. В это уже мало кто верил. И дело было даже не в возрасте Виктора и то и дело обострявшихся травмах, а в том, что у него появилось много новых забот. Подрастал сын Сандрик, Виктор учился в аспирантуре и вел большую тренерскую работу. Но он все же снова вышел в сектор для прыжков и сумел завоевать «серебро».

Передача опыта

Ушел Виктор Данилович с дорожки в 35 лет. Наступил грустный час расставания с большим спортом. Переехавший к тому времени в Тбилиси, Виктор стал работать в «Динамо» и дослужился до подполковника внутренней службы. Да, он не стал генералом, но, откровенно говоря, ему это вряд ли было нужно. Он был и по сей день остается одним из самых уважаемых спортсменов в мире и настоящим королем тройного прыжка. И конечно, трижды была права та самая учительница, которая много лет назад произнесла пророческие слова: «Из него получится толк».
После распада СССР уехал работать тренером в Австралию, где и проживает в настоящее время.

Источник: http://www.olimpic.su/index.html

Опубликовано в рубрике Видео, Заслуженные спортсмены, Мехико 1968, Монреаль 1976, Москва 1980, Мюнхен 1972, Фото. Комментарии (0)

Герои Олимпиады. Людмила Ивановна Турищева

Биографическая справка

Многократная чемпионка СССР, Европы и мира; абсолютная чемпионка Олимпийских игр; победительница соревнований на Кубок мира
Людмила Ивановна Турищева родилась 7 октября 1952 года в Грозном.

Начало спортивной карьеры, личные качества спортсмена

Очень красивая, пластичная девочка, она занималась в балетной студии, но стать балериной ей было не суждено. В четвертом классе ее заметил Ростороцкий и взял в свою группу. Ничего удивительного в том, что такой известный тренер обратил внимание на Людмилу, не было. В этой девочке красота и необыкновенное изящество сочетались, что бывает довольно редко, с настоящим бойцовским характером, без которого нет и не может быть большого спортсмена.
Расставание с балетом было для Людмилы весьма безболезненным, но постепенно гимнастика стала главным делом ее жизни. Повезло ей, конечно, и с тренером, хотя Ростороцкий меньше всего напоминал собою доброго дядюшку, с ласковой улыбкой любующегося своей красивой и изящной воспитанницей. Резкий, а зачастую просто грубый, он считал правым только самого себя, и работать с ним было трудно. Говоря откровенно, очень многие специалисты именно по этой причине считали его далеко не самым выдающимся тренером и мало верили в то, что с таким характером он сможет вырастить что-нибудь стоящее. Слишком уж резок бывал он со своими воспитанницами и, как казалось многим, даже не имел представления о том, что, помимо кнута, в мире есть еще и пряник. Ну а то, что его сложный и жесткий характер во многом, если не во всем, объяснялся его страстным желанием не только подготовить чемпионку на многие годы, но и воспитать гимнастку, близкую к сложившемуся у него идеалу, никого не волновало. И когда у него появилась способная воплотить этот идеал в жизнь Людмила, он отдавал ей все свои знания и душу.
Начинавшая понимать устремления Ростороцкого, Людмила не обижалась на него и, уже став признанной во всем мире, совершенно искренне скажет, что не мыслит себя с другим тренером. В Ростороцком она видела то, чего в нем не замечали или не хотели замечать другие, и по-настоящему привязалась к нему. Однажды, когда после недельной разлуки Ростороцкий появился в зале, Людмила, даже не закончив упражнение, чего с ней никогда не случалось, соскочила с бревна и бросилась ему на шею. Кто знает, не были ли эти искренние объятия лучшей наградой самому строптивому тренеру советской спортивной гимнастики за его огромный труд. Более того, прошедшая школу такого большого тренера, каким, несомненно, являлся Ростороцкий, она вообще считала роль воспитателя решающей, и когда ее много лет спустя спросили, чего бы она в первую очередь пожелала своей дочери, задумай она пойти по ее стопам, Людмила не задумываясь ответила: «Хорошего тренера!»
Но все это будет потом, а пока Людмила работала так, что в высшей степени требовательный Ростороцкий даже при всем своем желании не мог ни в чем упрекнуть ее. Воспитывая в ней победный дух, он постоянно убеждал ее в том, что она самая сильная, а случавшиеся с нею неудачи всего лишь издержки производства и не стоят того, чтобы из-за них переживать. Он разрабатывал отличавшиеся ювелирной точностью упражнения, любое отступление в которых даже на доли сантиметра могло закончиться трагически, и Людмила месяцами шлифовала их. Да и как иначе можно выполнить два кувырка без рук на бревне или выход в стойку после серии «вертушек» на брусьях! Ведь Ростороцкий хотел не только утверждать, но и изумлять.
Он добился своего, и после блестящего выступления Турищевой на том самом Кубке СССР, с которого мы начали наш рассказ, многие критики Ростороцкого приутихли. Но не замолчали. Им очень хотелось верить, что этот успех — всего лишь мимолетная вспышка, что пройдет еще несколько соревнований — и все станет на свои места. Но познавшим вкус победы Ростороцкому и Людмиле было не до злопыхателей; они продолжали делать свое дело, и Людмила, прекрасно понимавшая, что только упорный труд является залогом будущих побед, работала не за страх, а за совесть
Свой рабочий день она начинала ранним утром с пробежки по парку, затем долго разминалась, ну а днем начинались уже настоящие тренировки. Более того, Людмила тренировалась даже тогда, когда общих тренировок не было, и, глядя на нее, многие молодые гимнастки посмотрели другими глазами на свою жизни в спорте. Как вспоминала другая наша блестящая гимнастка, Ольга Карасева, работать рядом с Людмилой вполсилы было просто неприлично. Уже тогда сказалась и еще одна черта сильного характера Турищевой: она очень любила одиночество и вечерами подолгу гуляла в горах, любуясь восхитительными закатами. Но ее страсть к уединению вовсе не означала замкнутости и нелюдимости. Просто такие прогулки очень помогали ей расслабиться и отдохнуть.
На Кубок Советского Союза 1967 года Владислав Ростороцкий приехал со своей новой воспитанницей, и она сразу же привлекла к себе повышенное внимание. Она была красива, гибка, женственна, на нее приятно было смотреть. Но Ростороцкий, верный себе, то и дело делал ей на разминке резкие замечания, а когда она чуть не свалилась с бревна, устроил ей такой разнос, что девушка заплакала. Но вот Людмила, как звали молодое дарование, выиграла, и Ростороцкого словно подменили — он улыбался даже судьям, на которых совсем еще недавно шипел так, что его не совсем корректные замечания были слышны во всем зале. А не успели отзвенеть победные фанфары, как он, не дав своей воспитаннице насладиться плодами победы, сразу же отправился вместе с ней в. Грозный. Работать.
В Мехико Людмила поехала отнюдь не лидером, и ей пока еще было сложно соперничать с великолепной Наташей Кучинской. Все внимание журналистов было приковано, конечно же, к этой очаровательной девушке, которую тут же прозвали «Невестой Мехико». Что же до Людмилы, то она старалась держаться подальше от всех этих тусовок с бесконечными интервью и фотовспышками. Для нее слова значили мало. О себе надо заявлять на помосте — так она считала. Но вот на нем-то дела у нее как раз и не пошли. Сказывалось огромное волнение, и даже она, человек сильный и выдержанный, то и дело бледнела от охватывавшего ее непомерного напряжения. В конце концов это напряжение нашло выход — после совершенной ею ошибки Людмила так расплакалась, что подруги по команде очень долго не могли успокоить ее.
Но переживать она будет не только за себя. Когда Кучинская вдруг сорвалась с брусьев, на Людмиле лица не было. Она всегда будет болеть за свою команду, которая станет для нее святыней, и не случайно Карасева, хорошо знавшая Людмилу, прежде всего отмечала ее необыкновенную честность. Ну а в Мехико она заплачет еще раз: после того как Кучинская закончит свое последнее упражнение и на табло зажгутся цифры, делающие советскую команду чемпионом. Да, она стала чемпионкой, но все же полного удовлетворения, наверное, не было: Людмила, хорошо знавшая свои силы, мечтала о собственных медалях! И уже на следующем первенстве мира в Любляне она доказала всем, что в мировой гимнастике появился новый лидер, с которым теперь придется считаться всем. И хотя после ухода блистательной Кучинской в команде оставались великие Лариса Петрик, Ольга Карасева и Зинаида Воронина, будущее быстро шагавшей вперед гимнастики связывали уже с Турищевой, заметно превосходившей своих старших подруг и в сложности, и в технике исполнения. А вот быстро прогрессировавшая Любовь Бурда и уже начинавшая творить на помосте чудеса Ольга Корбут ей легкой жизни не обещали. Можно себе представить, в каком она была обязана находиться тонусе, чтобы быть первой.
На чемпионате СССР 1969 года Людмила выступала прекрасно, и только досадное падение с бревна не позволило ей стать абсолютной чемпионкой. Как это ни печально, но свалилась она с него после придуманного Ростороцким кувырка, который должен был стать подлинным откровением. Однако даже после такой неудачи Ростороцкий не подумал отступать и продолжал свои рискованные эксперименты. Верила в них и Людмила, которая все свои надежды связывала теперь с очередным чемпионатом Европы. Но увы, она допустила несколько неточностей, и ей пришлось довольствоваться лишь третьим местом. Против Ростороцкого выступил весь тренерский совет, но тот и слышать не хотел о замене придуманных им для Людмилы сверхсложных элементов и продолжал доказывать, что только с ними можно думать о победе над знаменитой немецкой гимнасткой Карин Янц, задававшей тогда моду в мировой гимнастике. Чемпионат Европы семидесятого года в Любляне стал для Людмилы своеобразным моментом истины. Вряд ли бы ей простили новые провалы, она была обязана победить и доказать правоту своего тренера. Она доказала ее, и всем стало ясно, что на гимнастический трон взошла новая королева.

Звездный час

Олимпийский игры в Мюнхене стали бенефисом советской сборной, и особенно захватывающим получились спор за звание абсюлютной чемпионки в многоборье и розыгрыш медалей в отдельных видах, когда в спор двух признанных королев — Турищевой и Янц вмешалась Ольга Корбут. Борьба была упорной, победу могли решить какие-то сотые балла, нервы у всех участниц были напряжены до предела. Первой страшного напряжения не выдержала более молодая Корбут, а после того, как набравшая одинаковое количество баллов с Людмилой немка получила 9,7 балла в своем последнем упражнении на брусьях, все зависело только от выступавшей с вольными упражнениями

Золотая пара. Людмила Турищева и Валерий Борзов

Турищевой. И Людмила совершила чудо, которого от нее ждали, получив за свое проникнутое необыкновенным лиризмом блестящее выступление 9,9!
Затем последовала убедительная победа на очередном чемпионате мира, и в 1974 году Людмила была признана советскими журналистами лучшей спортсменкой года. В том же году она закончила ростовский педагогический институт и приступила к работе над кандидатской диссертацией на весьма актуальную во все времена тему: «Психология спорта». В олимпийском семьдесят шестом Людмиле исполнилось двадцать четыре года, возраст для стремительно молодевшей гимнастики весьма почтенный, и она постоянно ощущала горячее дыхание идущих за ней молодых гимнасток. Появились звезды и в других сборных, и самой яркой из них была несравненная румынка Надя Команечи, которой прочили победу в Монреале.
Словно сговорившись, западные газеты публиковали портреты улыбавшейся румынки, а рядом с нею понурых Турищевой и Корбут. Но на такого прирожденного бойца, как Людмила, подобные уколы не действовали, она верила в себя и без борьбы свой трон уступать не собиралась. И все же начало было за румынкой. Турищева набрала в обязательной программе почти на бал меньше неудержимо рвавшейся вперед Команечи, и журналисты в один голос заговорили о вступлении на престол новой королевы. Команечи выступала блестяще, зачарованные ее удивительным мастерством судьи пять раз показывали ей самую высшую оценку. Но даже здесь не обошлось без сенсаций, в ее спор с Турищевой неожиданно для всех вмешалась Нелли Ким, которая в упорнейшей борьбе сумела опередить в опорном прыжке и Команечи, и Турищеву. А в вольных упражнениях ситуация сложилась еще более интригующе. Турищева сумела-таки обойти великолепно выступившую румынку и, чтобы обыграть ее, Ким было необходимо получить десять баллов.
Надо ли говорить, с каким волнением Людмила следила за выступлением своей молодой подруги, и когда та сотворила чудо и получила столь необходимые ей десять баллов, она первой поздравила Нелли. Конечно, к радости за подругу примешивалась и огромная грусть, ведь это было последнее выступление Людмилы на Олимпийских играх, и, конечно, ей очень хотелось завершить его победой. Потому и стояли в ее печальных глазах слезы. И когда какой-то потерявший чувство меры журналист стал задавать не совсем этичные вопросы, Людмила и здесь с достоинством вышла из неловкого положения. «Неужели так сложно понять,— сказала она,— что эти слезы есть не что иное, как мое прощание с гимнастикой?» Как только она произнесла эти слова, воцарилась тишина. Никому из присутствующих не хотелось верить в то, что они уже больше никогда не увидят на помосте эту красивую, сильную женщину, сумевшую покорить сердца всех, кто ее видел.

Передача опыта

Людмила сдержала свое слово и ушла из большого спорта. На следующий год она вышла замуж за Валерия Борзова, с которым была знакома еще по работе в ЦК комсомола, хотя ухаживать за Людмилой Валерий стал лишь в Монреале, пригласив ее в кино. Ну а потом последовали бесконечные телефонные звонки, знаменательная встреча Нового года в горах и, наконец, свадьба. Но из гимнастики Людмила Ивановна, конечно, не ушла. Она стала работать главным тренером киевского «Динамо» по гимнастике и возглавила Федерацию гимнастики Украины, А вот ее дочь Татьяна пошла по стопам отца и стала кандидатом в мастера спорта по легкой атлетике. Была ли огорчена таким выбором сама Людмила Ивановна? Кто знает, ведь слишком уж ко многому обязывала фамилия, которую она носит.

Источник: http://www.olimpic.su/index.html

Опубликовано в рубрике Видео, Заслуженные спортсмены, Мехико 1968, Монреаль 1976, Мюнхен 1972. Комментарии (0)

Герои Олимпиады. Елена Дмитриевна Новикова (Белова)

Биографическая справка

Русская спортсменка. Трехкратная олимпийская чемпионка по фехтованию на рапирах в личных (1968) и командных выступлениях (1968, 1972, 1976). Чемпионка мира (1969 – в личных соревнованиях), (1970-1971, 1974-1975, 1977-1978 – в командных), СССР
Елена Белова (девичья фамилия Новикова) родилась 28 июля 1947 года, в городе в Находке.
Тогда там не было там даже ЗАГСа. Родителям пришлось регистрировать ребенка в Советской Гавани.
В Минск семья переехала в середине 50-х годов, однако Елена всегда считала себя минчанкой и очень этим гордится.

Начало спортивной карьеры, личные качества спортсмена

Лена, как и все дети любви, была талантливой девочкой. С детских лет она посещала спортивный зал и была хорошей баскетболисткой. Но очень скоро увлеклась другим видом спорта – фехтованием.
В фехтовальный зал Елена пришла в 13 лет. Ее первой наставницей была Бокун Лариса Петровна – тренер знаменитой минской фехтовальщицы Татьяны Самусенко, которая на Олимпийских играх в Риме завоевала золотую медаль, став одной из первых олимпийских чемпионок из числа советских фехтовальщиков. Елене очень повезло с тренером. Кто знает, как бы дальше развивалась ее спортивная карьера, если бы рядом с молодой фехтовальщицей не оказалась Лариса Петровна. Опытный тренер видела, что Елена обладает необычайным фехтовальным чутьем, и старалась развить и закрепить эта качество в ученице.
Когда девочке только исполнилось четырнадцать, она заглянула в окно зала спортобщества «Динамо» и замерла: спортсмены в белых костюмах с вуалями на лицах отрабатывали позиции и размахивали клинками. Лена пришла домой и решительно заявила, что хочет заниматься фехтованием. Родители одобрения не выразили, мол, сколько можно распыляться: танцы, музыка, пение, баскетбол, в конце концов, пора бы остановиться. Ей же нравилось все, поэтому мушкетерский клуб, где давала уроки семейная чета – Лариса Петровна и Герман Матвеевич Бокуны – Лена стала посещать тайком.
В баскетбольной секции из-за маленького роста ее окрестили Малышкой, но тренер Георгий Грудо свято верил в большое спортивное будущее шустрой ученицы.
Поначалу она успевала везде. Не прошло и трех месяцев, как наставник фехтовальщиц Герман Матвеевич Бокун вывез школьницу на первый турнир во Львов. Соперницы Елены Новиковой, не выдержав натиска, одна за другой покидали дорожку. Но в трех шагах от победы, в заключительном поединке фехтовальщица из Минска стала изображать какие-то непонятные <реверансы>: топталась на месте, шарахалась из стороны в сторону… И противница воспользовалась ее замешательством. Герман Матвеевич пытался на пальцах подсказать, что нужно принять четвертую защиту. Его усилия оказались тщетными. Толком не изучив всех девяти позиций, его подопечная никак не могла вывернуться из «петли». Последний бой она проиграла и заняла второе место. Но тренер не скрывал своего удовлетворения и как бы выдал установку: «Быть тебе олимпийской чемпионкой!..»
Через год Лена выросла сразу на 15 см. Но к тому времени она уже сделала окончательный выбор в пользу фехтования. Наступил тяжелый момент. С баскетболом следовало расстаться. И чтобы не было обид, Лена написала трогательное письмо своему баскетбольному наставнику: <Уважаемый Георгий Михайлович! Извините, но я буду заниматься только фехтованием. Ваша Малышка>.
Она овладевала навыками фехтования с небывалой скоростью. За два с половиной года дошла до юношеской сборной СССР. Пять раз становилась чемпионкой СССР среди девушек. А в предолимпийском 1967-м стала выступать за взрослую сборную Советского Союза, в которой партнерши были на 10 лет и более старше дебютантки.
Опытная фехтовальщица поступила в педагогический институт и с успехом его закончила. От чтения книг она постепенно перешла к писательской деятельности. Первая ее работа носила полемический характер и была посвящена истории фехтования. После окончания аспирантуры, вернувшись с Олимпийских игр в Монреале, четырехкратная олимпийская чемпионка защитила кандидатскую диссертацию на тему «Историография спорта».
Но это все было позже, а в августе 1968 г. в Таллине состоялся чемпионат страны по фехтованию, на котором Елена проиграла только одной участнице – чемпонке мира Александре Забелиной. Через несколько дней должны были начаться Олимпийские игры в Мехико. Именно в эти предолимпийские дни в жизни Елены произошло очень важное событие – она вышла замуж. Ее избранником стал тоже спортсмен, Вячеслав Белов.
В 1968-м Елена Белова выиграла все крупные международные турниры. Ближайший ответственный старт был запланирован на Олимпиаде в Мехико. Тренеры полагали, что она прекрасно впишется в команду именитых подруг.
На Олимпиаду-68 Елена ехала с твердым намерением победить. Но, прибыв в Мехико, на одной из тренировок сильно потянула ногу и не могла ходить. Буквально за несколько дней до соревнований на разминке Елена повредила мышцу бедра. Самая юная участница в команде и без того оказалась в затруднительном положении, когда узнала, что ее выставляют в личных соревнованиях. А тут еще такая незадача: Уколы и массажи ощутимого облегчения не принесли. Дополнительную нагрузку на организм давало высокогорье. Травма, плохая адаптация оказывали сильнейшее давление. Елена даже пыталась отказаться от личных встреч, так как считала, что в лучшем случае ей удастся лишь пробиться в финал. Ей предлагали отказаться от участия в соревнованиях. Однако характер Елены, ее воля к победе заставили ее превозмочь боль и выйти на помост. Начались постоянные уколы и постоянные процедуры – врачи делали все от них зависящее. Перед выступлением Елене была сделана новокаиновая блокада. Ее движения были не такими, как обычно, казалось, что она передвигается по дорожке в замедленном темпе.

Звездный час

Главный же удар было решено нанести в командном турнире, потому что на предыдущей Олимпиаде-64 в Токио советские рапиристки не сумели повторить успех Рима-60 и остались без золотых наград. Соперницы, разумеется, знали о травме и старались не выпускать Лену из тисков. Первый бой она уступила опытной партнерше по сборной СССР Галине Гороховой, но, поскольку это не было большим сюрпризом, не сломалась и начисто вычеркнула проигрыш из памяти. Остальные финалистки были не в состоянии противостоять серии ее беспрерывных атак. Дорожки для отступлений не хватало. Высокая леворукая белорусская рапиристка доставала соперниц всюду. У венгерки Ильдико Рейто – олимпийской чемпионки 1964 года в личном первенстве – Елена Белова выиграла с сухим счетом – 4:0. Даже специалисты не могли понять, что произошло: шутка или сенсация. На ее имя в олимпийскую деревню пачками посыпались поздравительные открытки. Одна из них была следующего содержания: «Лена! Не шути. Возьми рапиру в правую руку». Три оставшихся боя она провела за явным преимуществом наносимых ударов – 4:2. Это сенсация! На груди сияла золотая медаль. Вторую золотую награду, как и намечалось, она завоевала в командной борьбе. Домой дебютантка Игр-68 Елена Белова вернулась знаменитой.
Теперь Белова имела все награды и титулы, оставалась только одна ступень – звание чемпионки мира. Именно за ним она отправилась через два года после Мехико на чемпионат мира в Гавану.
И здесь травмы преследовали ее. На одной из тренировок Белова повредила мышцы спины и была опять вынуждена прибегнуть к новокаиновой блокаде. Специалисты сомневались в ее победе, но Елена с триумфом выиграла все встречи и завоевала долгожданное звание чемпионки мира.
Родители новорожденных девочек признавались ей, что нарекли своих дочерей именем фехтовальщицы – первой советской олимпийской чемпионки в личном зачете. Известные поэты Роберт Рождественский и Николай Добронравов посвящали ей свои стихи. А «Литературная газета» даже удостоила ее специального приза – «Приз неожиданности». Правда, самой большой неожиданностью стало то, что приз до Елены Беловой так и не дошел. В лучах славы она одерживала одну за другой победы на огромном количестве турниров. В 1972 году на Олимпиаде в Мюнхене завоевала командное «золото». Затем к бронзовой награде в личном первенстве добавила «золото» в командных состязаниях в Монреале-76. Серебряную награду командного турнира получила в Москве-80.
Позднее были командные соревнования в Монреале. Вместе с Беловой в команду входили Сидорова, Князева, Гилязова, Никонова. В 1973 г. в Гетеборге и в 1975 г. в Гренобле команда спортсменок из СССР заняла второе место. Но в 1975 г. на чемпионате мира в Будапеште советские спортсменки опять были первыми и завоевали золотую медаль.
В 1980 году на Олимпиаде в Москве в личных соревнованиях Белова успешно выиграла первый тур, но во втором понесла поражение в одной из четырех встреч и заняла второе место. Проиграла Белова и в туре прямого выбывания сначала Ильдико Шварценбергер из Венгрии, а затем фехтовальщице из Чехословакии КУатарине Локшовой. У Беловой еще оставался шанс на победу в командных соревнованиях. Но в финале первой оказалась сборная Франции.
Елена Белова во многом превосходила своих соперниц, благодаря необыкновенному умению чувствовать бой и дистанцию. Ходили легенды о хладнокровии и умении Беловой сконцентрировать все свои силы и внимание в ответственный момент. Во время поединка она всегда старалась удерживать инициативу.
На соперниц она всегда производила сильное впечатление. Какие-то невидимые флюиды опасности исходили от нее на дорожке. Про Елену всегда говорили: «Дерется, как на дуэли». И в самом деле, фехтовала она словно не на жизнь, а на смерть, бои с ее участием наводили на мысль, что рапира — ее призвание, страсть. Елена обладала редчайшим чувством дистанции, меткостью. Способна была вытянуть любой самый безнадежный поединок и уж если получала преимущество, то не отдавала его никому. А когда судья объявлял окончание боя, то, казалось, вместе с маской снимала она и всю вражду и непримиримость, протягивая сопернице руку с самой приветливой улыбкой, что в фехтовании можно увидеть нечасто.
Спортивному долголетию Елены Беловой в сборной Советского Союза могли позавидовать не только женщины. Более 20 лет она отстаивала честь страны и республики на крупнейших международных турнирах. Ее преданными болельщиками были видные политические деятели, героические личности и великие творцы искусства. Среди них: Петр Миронович Машеров, Фидель Кастро, гениальный мексиканский художник Альварос Сикейрос, австралийский скульптор Уильям Риккетс, космонавт Владимир Шаталов и многие другие.
Казалось, рабочий день Елены Беловой составляет не менее 24 часов. Она первой из фехтовальщиков страны стала внедрять трехразовые тренировки. За время выступления в сборной СССР Елена Дмитриевна Белова успела окончить педагогический институт, аспирантуру, Высшую партийную школу, а в период подготовки к турниру «Семи наций» в 1978 году защитила кандидатскую диссертацию на самом серьезном совете маститых психологов в Ленинграде.

Передача опыта
После завершения спортивной карьеры Елена с головой ушла в семейную жизнь. Став профессором, Белова возглавила кафедру психологии и педагогики в Белорусской академии физвоспитания и спорта. Теперь у профессора кафедры педагогики и психологии Белорусского государственного университета физической культуры и спорта Елены Дмитриевны Беловой более 60 публикаций, среди которых монографии, учебные пособия и научные разработки. По ее инициативе было создано практически новое подразделение – научный центр психодиагностики и психорегуляции. Она всегда ставила перед собой большие задачи. Сегодня ее цель – искать пути воспитания тренеров с действительно новым мышлением и пониманием задач спортивной педагогики и психологии

Источник: http://www.olimpic.su/index.html

Опубликовано в рубрике Заслуженные спортсмены, Мехико 1968, Монреаль 1976, Мюнхен 1972. Комментарии (0)

Герои Олимпиады. Александр Васильевич Медведь

Биографическая справка

Неоднократный чемпион СССР, Европы и мира; трехкратный олимпийский чемпион.
Александр Васильевич Медведь родился 16 сентября 1937 года в украинском городке Белая Церковь
Мальчик уже с самых ранних лет приобщился к тяжелому крестьянскому труду. Впрочем, особых неудобств Саша не испытывал, природа наделила его недюжинной силой, и там, где другие выбивались из сил, он как ни в чем не бывало продолжал работать. Эта самая сила наложила отпечаток и на его характер. Он был весьма агрессивен и очень часто, не задумываясь о последствиях, ввязывался во всевозможные уличные потасовки и почти всегда выходил из них победителем. Стоит отметить одно: в отличие от многих уличных ребят, первым в драку он никогда не лез и всегда заступался за слабого, а любой несправедливо обиженный всегда мог попросить у него защиты и никогда не получал отказа.

Начало спортивной карьеры, личные качества спортсмена

А вот со спортом Саша был знаком лишь в общих чертах: как и все, играл в футбол и баскетбол, ради забавы боролся со своими сверстниками и даже захаживал в боксерский зал. Да и до спорта ли было в те трудные послевоенные годы, когда перед каждой семьей стояла одна и та же весьма непростая задача: выжить. После окончания средней школы Саша стал работать на заводе слесарем-монтажником, а вскоре отправился исполнять свой воинский долг. Вот тогда-то и состоялась его встреча с лейтенантом Коцегубом, по достоинству оценившим великолепные физические данные молодого солдата по фамилии Медведь, которая ему так шла, и благодаря этому тоже оставившим свое имя в истории советского спорта.
А еще через месяц Александр без особого труда выиграл первенство Белорусского военного округа и продолжал выступать по всем видам борьбы. Ему нравилось в борьбе абсолютно все: и тренировки с их напряженным и тяжелым трудом, и соревнования с их азартом и нервным напряжением, и даже мало у кого вызывавшие радость сборы, благо сил у него хватало на все. В отличие от знаний, которых было до обидного мало. Дабы исправить это досадное недоразумение, Александр поступил в Высшую школу тренеров, а затем и в Минский институт физкультуры, избрав своей спортивной специальностью вольную борьбу. Повезло ему и с наставниками: и Павел Васильевич Григорьев, и Болеслав Михайлович Рыбалко делали все для становления своего очень одаренного воспитанника.
Однако в полной мере Александр заявил о себе лишь на первенстве СССР 1961 года, пройдя предварительно серьезнейшие испытания. Состав личного первенства в тяжелом весе был очень представительным. Тбилисцы Кикнадзе и Канделаки, призер римской Олимпиады Дзарасов и блестящий мастер ковра из Москвы Иваницкий не горели особым желанием допускать кого бы то ни было в свою тесную и весьма могучую компанию. Главным для Александра стал его поединок с самым ярким борцом вольного стиля того времени Александром Иваницким. Медведь победил и стал лидером.
С той поры завязалась и его дружба с Иваницким. Ярчайшие звезды мирового спорта, они опровергли пословицу, что двум тиграм всегда тесно в одной пещере. Да, они были непримиримыми соперниками на ковре, но за его пределами оставались настоящими друзьями.
Выиграв чемпионат Союза, Александр поехал на свой первый чемпионат мира в Токио. Он без особых проблем разобрался со всеми своими соперниками, однако проиграл одно очко немецкому борцу Дитриху и был вынужден довольствоваться лишь «бронзой». Вернувшись из Японии, Александр стал еще более требовательным к себе, ну а затем доказал всем, что он не только классный борец, но и в высшей степени порядочный человек. В сборной команде было два великолепных «тяжа» и ни одного достойного выступать на чемпионате мира борца в полутяжелой весовой категории. И вот тогда-то уже получивший путевку на мировое первенство Медведь решил ради интересов команды похудеть!
Конечно, он рисковал, и те, кто сгонял вес, прекрасно знают, какими неожиданными последствиями может обернуться потеря нескольких привычных килограммов. Да и достойных соперников в «полутяже» было побольше, и далеко не каждый решился бы на такой благородный и в то же время рискованный шаг. Александр решился, и тренеры вздохнули с облегчением: золото в двух самых престижных категориях и возможная победа в командном зачете были обеспечены.
Александр боролся блестяще, но в последний день соревнований вышел на ковер с очень неприятной травмой колена, и чего ему стоили его тяжелейшие победы над турком Аглы и американцем Горангом, знал только он один. А ведь на пути к финалу ему предстояло встретиться с блестящим иранским борцом Тахти, олимпийским чемпионом и двукратным чемпионом мира. Нельзя сказать, чтобы это был захватывающий поединок с большим количеством эффектных приемов, поскольку откровенно боявшийся своего могучего соперника иранец сразу же ушел в глухую защиту, и достойно проведший этот поединок Медведь сумел победить лишь в результате взвешивания.
Через несколько месяцев они снова сойдутся лицом к лицу на родине Тахти, и не рискнувший вести пассивную борьбу перед тысячами боготворивших его болельщиков Тахти будет бороться куда более активно и… проиграет за явным преимуществом.
Мало кто мог продержаться против белорусского богатыря отведенное для схватки время, и не случайно среди борцов полутяжелого веса появился несколько мрачноватый каламбур: «С Медведем человеку не справиться!» Побывавшие в железных объятиях белорусского борца знали, что говорили. Блестящая техника, потрясающая выносливость и огромная сила, помноженные на удивительную целеустремленность и волю, позволяли ему порою играючи расправляться даже с самыми именитыми борцами. Ну и, конечно, все эти качества особенно проявлялись в те дни, когда борцам приходилось проводить по нескольку тяжелейших поединков. В то время как его соперники казались изнуренными, Медведь выглядел так, словно только что начал бороться. Целых шесть лет он кочевал из одной категории в другую, пока в 1966 году Иваницкий не ушел из спорта и он окончательно не обосновался в тяжелой категории.

Звездный час

На свою первую Олимпиаду в Токио Александр приехал в качестве главного фаворита. Он очень уверенно выигрывал одну схватку за другой, и лишь турку Айику удалось свести свой поединок с ним вничью. И вот тут-то и произошло то, чего так боялись тренеры Александра. Не встречая достойного сопротивления, Александр настолько уверовал в свое преимущество над соперниками, действительно огромное, что чуть было не проиграл находившемуся далеко в не лучшей форме шведу Эриксону.
Тот, кто знаком со спортом не понаслышке, прекрасно знает, как тяжело перестраиваться психологически в таких ответственных соревнованиях, и когда Александр с великим трудом вырвал победу у измучившего его шведа, особой радости у него на лице не было. Да, Олимпиада есть Олимпиадами даже к заведомым аутсайдерам на ней надлежит относиться со всем уважением. На последовавших за Токио чемпионатах мира он ни разу не расслабился и не Дал своим соперникам ни единого шанса на первое место. И тем не менее Мехико, куда Медведь отправился за очередным олимпийским золотом, стал для него серьезным испытанием. Непривычный климат подействовал на него самым неприятным образом и, едва оказавшись в столице Мексики, Медведь почувствовал себя настолько плохо, что тренеры даже стали подумывать о его замене. Против был только сам Александр, расчитывавший на то, что соперники, не знающие о его плохом самочувствии, будут по-прежнему бояться его, поскольку его недомогание скрывалось самым тщательным образом. Его расчеты имели весьма веские основания: к тому времени многие борцы даже и не думали о том, чтобы напрасно надрываться в борьбе с Медведем, и берегли силы последующих схваток.
Трудно сказать, подействовал ли страх перед непобедимым борцом и на этот раз, но Медведь без особого труда одолел своих соперников даже в том плохом состоянии, в каком был. Железная воля и лежавшая на нем огромная ответственность мобилизовали все его пошатнувшиеся силы, и он, как и прежде, легко обыгрывал своих визави. Однако в финале Александра ждал его «обидчик» по Риму немец Вильфрид Дитрих, который, в отличие от других борцов, не боялся Медведя и был намерен сражаться до последнего, благо мастерства и воли у него хватало.
Дитрих хорошо изучил манеру борьбы Медведя и решил его побить его же собственным оружием. Как только прозвучал судейский свисток, он кинулся в отчаянную атаку, борцы упали на ковер, и на весь зал прозвучал зловещий хруст… Судья поднял борцов в стойку, и тренеры Медведя с ужасом увидели его изуродованный большой палец правой руки. «Ну вот и все,— подумали, наверное, представители советской команды.— Сейчас снимется». Да и действительно — с такой травмой не то что бороться, посуду нельзя мыть! Как можно противостоять могучему, настроенному только на победу сопернику с одной только левой рукой?
Но Александр думал иначе. Он сам вправил себе сустав и как ни в чем не бывало взглянул на судью, как бы призывая его к продолжению поединка. Недоуменно пожав плечами, тот дал свисток, и Александр пошел на немца, словно желая показать тому, что такие мелочи, как вывих пальца, его не смущают. Трудно сказать, почему растерялся сам Дитрих, но с той минуты его словно подменили. Решительный и жесткий, он неожиданно для всех превратился в какое-то совершенно аморфное тело, захромал и… снялся с соревнований!
Да, Александр Медведь стал в тот год олимпийским чемпионом, но чего стоили ему нервные и физические перегрузки в высокогорном Мехико, знали только он сам да его врачи, поскольку сразу же по возвращении домой у него начались проблемы со здоровьем. Но когда врачи посоветовали великому борцу оставить спорт (да и какая могла быть борьба с постоянно беспокоившим его сердцем и давлением), Александр в который уже раз продемонстрировал, что для человека, желающего стать трехкратным олимпийским чемпионом, нет и не может быть ничего невозможного. И когда после Мехико он выиграл три чемпионата мира подряд, наблюдавшие его врачи только развели руками.
В 1972 году Александру исполнилось тридцать пять лет, и все же он отправился в олимпийский Мюнхен и нес на открытии Игр национальный флаг, что всегда считалось знаком огромного уважения. А вот начал он не совсем удачно. В тяжелейшей схватке с двухсоткилограммовым американцем Тейлором Александр повредил плечо и весь турнир боролся на воле и уколах. Но особенно трудно ему пришлось в финале, где он боролся с уже хорошо ему известным болгарином Османом Дуралиевым. И хотя для победы ему было достаточно ничьей, Медведь, собиравшийся после Игр оставить ковер, пожелал уйти красиво и в поединке, который держал зрителей в напряжении до самых последних секунд, сумел-таки переиграть очень сильного болгарина.
А затем случилось то, что не только поразило, но и несказанно растрогало всех зрителей, наблюдавших за поединками борцов. Медведь поклонился во все четыре стороны, затем подошел к середине ковра и, опустившись на колени, поцеловал прославивший его ковер, теперь уже навсегда прощаясь с ним. Потрясенные этим невиданным зрелищем, зрители словно по команде поднялись с мест и долго аплодировали великому борцу, на протяжении стольких лет радовавшему их своим прекрасным искусством. Так ушел из спорта один из самых замечательных борцов двадцатого века. Его славное дело продолжил сын Алексей, тоже ставший чемпионом мира по борьбе.

Источник: http://www.olimpic.su/index.html

Опубликовано в рубрике Заслуженные спортсмены, Мехико 1968, Мюнхен 1972, Токио 1964. Комментарии (0)

Герои Олимпиады. Борис Николаевич Лагутин

Биографическая справка

Неоднократный чемпион СССР; двукратный чемпион Европы и Олимпийских игр
Борис Николаевич Лагутин родился 24 июня 1938 года на Красной Пресне в семье рабочего.
Его детство мало чем отличалось от детства всего довоенного поколения. Тот же двор, те же игры, та же Москва-река и те же самые нехитрые забавы. Но уже тогда Борис всегда старался везде быть первым: больше всех отжаться от пола, глубже всех нырнуть и дальше заплыть, а когда он жил в деревне,— быстрее всех проскакать на коне. И конечно, он до самозабвения играл во дворе в футбол и хоккей.

Начало спортивной карьеры, личные качества спортсмена

В бокс он попал случайно: как-то с приятелем они остановились у объявления, приглашавшего всех желающих в боксерскую секцию, и после недолгих колебаний отправились в боксерский зал. А когда о его неожиданном для всех увлечении узнали его родственники и знакомые, их удивлению не было предела. Уж кто-кто, а Борис с его мягким и застенчивым характером никак не подходил для такого сурового вида спорта, как бокс, где робким и слабым делать нечего. И все-таки он пошел в него. Впрочем, чему удивляться? Какой мальчишка не хотел стать сильным и смелым и походить на словно вылитых из бронзы, таких уверенных в себе чемпионов, которых Борис видел на параде участников Первой Спартакиады народов СССР в недавно построенных Лужниках. Борис загорелся желанием стать таким же, как они, но первые тренировки особой радости ему не принесли, показались нудными.
Однако все сразу изменилось, как только он попал к Тренину, который так и остался его первым и последним тренером. Нет, нельзя сказать, чтобы Борис с самого начала стал как-то выделяться среди своих одноклубников, хотя тренер заметил в нем нечто обнадеживающее. С техникой у него было все в порядке, но тренеру казалось, что его характер недостаточно жесток для боксера.
Когда в конце сороковых годов Боря Лагутин появился в знаменитом боксерском зале дворца «Крылья Советов» на Ленинградском проспекте, работавший там тренером В. Тренин, окинув скептическим взглядом стоявшего перед ним худого высокого парнишку с тонкими длинными руками, без особого радушия бросил: «Ладно, вставай в строй». Борис встал и… уже очень скоро тренер взглянул на него совсем другими глазами. «Да,— вспоминал сам Тренин,— Борис пришел этаким гадким утенком. Он выглядел сутулым, нескладным, худым подростком. Не скрою, впечатления при знакомстве он не произвел. Однако через пару недель я обратил внимание на азарт в его глазах и большое желание овладеть разными приемами. Ему не нужно было объяснять почти ничего дважды. Все установки схватывал, что называется, на лету. И конечно, ему помогало прогрессировать трудолюбие. Дебют Лагутина оказался впечатляющим — двенадцать побед подряд». Но вряд ли даже тогда Тренин мог представить себе, что судьба подарила ему встречу с человеком, который станет третьим боксером в мире, который выиграет две золотые Олимпийские медали и чье имя будет вписано золотыми буквами в историю не только советского, но и мирового любительского бокса.
Моментом истины как для Тренина, так и для его воспитанника стало первенство Москвы 1957 года, на котором юноша в первом же бою попал на одного из лучших средневесов страны Виктора Меднова, принимавшего участие в Олимпийских играх в Хельсинки. К радости Тренина, Борис не дрогнул, проявив, наконец, то, что тренер так хотел в нем увидеть: умение держаться на ринге и, вопреки врожденному мягкосердечию, столь необходимую в боксе силу духа. А когда в следующем году Борис в тяжелейшем бою победил чемпиона страны Юрия Громова, всем стало окончательно ясно: в советском боксе появился еще один незаурядный мастер. Так что когда встал вопрос о том, кто поедет на Олимпийские игры в Рим, все специалисты были единодушны: Лагутин и только Лагутин!
Два законченных им досрочно боя вселили надежду в сердца тренеров и самого Бориса. Однако полуфинал с будущим чемпионом Игр американцем Мак-Клюром сложился для него неудачно. Чувствовавший себя в ближнем бою как рыба в воде, американец все время шел вперед, и Борис, как ни старался, не сумел удержать его на дистанции. И хотя бой, в котором боксеры выиграли по раунду, в целом был равным, судьи отдали победу Мак-Клюру. Конечно, Борис был расстроен, и напрасно утешали его товарищи по команде и тренеры: ссылки на то, что «русских засуживают», служили для него слабым утешением. Хотя, конечно, и бронзовая медаль для боксера, впервые выступавшего на таких соревнованиях, была далеко не самых худшим вариантом.
Из случившегося с ним в Риме Борис сделал два очень важных для себя вывода: он обязан учиться держать дистанцию и выигрывать так, чтобы даже у самых предвзятых судей не было поводов сомневаться в его победе на следующих Олимпийских играх! Вернувшись в Москву, он стал тренироваться как одержимый: часами работал на лапах, мешках и грушах, шлифуя свою и без того высочайшую технику, а потом боксировал по двенадцать-пятнадцать раундов с разными парнерами, начиная от «мухачей» и кончая «тяжами». Отработав «задание», он проводил свободный бой, в котором дрался уже по-настоящему.
Но даже здесь он оставался верным себе и постоянно сдерживал все возраставшую мощь своих практически невидимых для соперников ударов, не желая травмировать заметно уступавших ему в мастерстве партнеров. Закончив бой, он не спешил в душ и качался с гантелями, а затем проводил бой с тенью! Да, это была жестокая школа, но именно она сделал Бориса тем самым Лагутиным, которого все знали. И вскоре среди встречавшихся с ним практически не осталось такого боксера, который мог бы навязать ему свою манеру ведения боя.

Звездный час

Но прежде чем поехать в Токио, ему пришлось выступить на двух чемпионатах Европы: в Белграде и Москве. В первом бою на белградском ринге он встретился с любимцем хозяев чемпионата Томичем и, несмотря на отчаянное сопротивление решившего нокаутировать его югослава, постоянно держал его на дистанции. Его не вывел из равновесия даже страшный удар по затылку, нанесенный ему совершенно сознательно Томичем, который стремился любой ценой одолеть Лагутина. Он не кинулся мстить своему сопернику и в третьем раунде показал все, на что был способен.
Не было ему равных и в Москве, где его признали самым элегантным боксером мира, и многим уже начинало казаться, что в ближайшие годы он так и не встретит достойного соперника. И каково же было удивление специалистов, когда его место в сборной занял московский армеец Виктор Агеев. Конечно, теперь, по прошествии стольких лет, понятно, почему было сделано так, а не иначе — Агеев был одним из самых выдающихся советских боксеров и, если бы не его столь драматично сложившаяся жизнь, он выиграл бы все мировое золото. Борис прекрасно понимал, какого грозного соперника обрел в лице Агеева, но он не был бы самим собой, если бы сдался. Победить блестящего Агеева на чемпионате СССР в Хабаровске означало не только получить путевку в Токио, но и снова стать сильнейшим боксером-любителем в своем весе. Он победил его в тяжелейшем бою и, понимая, что утешать убитого поражением Агеева бессмысленно, сказал: «В Мехико поедешь ты!» Вряд ли это было сказано неискренне. Сам великолепный боксер, Лагутин не мог не понимать, что Агеев уже тогда был достоин звания олимпийского чемпиона и никого, кроме него, на своем месте в сборной не видел. Да и сам Виктор Петрович очень высоко ценил Лагутина и по сей день сохранил с ним прекрасные отношения.
«У него,— вспоминал он,— был весьма своеобразный стиль. Приноровиться к нему было очень не просто из-за неподражаемого «тягучего» удара правой. Вдобавок он умудрялся менять направление удара в момент его нанесения. Добавьте сюда универсальность Лагутина, которая выражалась в его умении менять темп боя по желанию, разнообразный атакующий арсенал, и вы поймете, как тяжело было ему противостоять. При этом Борис отличался удивительной человечностью. Помню случай, когда я, заболев на сборе в Баковке, не мог отправиться на турнир вместе с командой. Перед отъездом ко мне зашел Лагутин и, чтобы я не скучал, оставил радиоприемник. Таким же бескорыстным человеком, совершенно не думающим о личной выгоде, он остается до сегодняшнего дня, и я счастлив, что такая яркая спортивная звезда освещает именно боксерский ринг!»
Да, это были два самых наших великих боксера в своей весовой категории, и все споры о том, кто из них сильнее, просто-напросто бессмысленны. Когда они встречались друг с другом, ни о каком-то превосходстве в мастерстве не могло быть и речи, бой шел только на результат. Несмотря на ожесточенное соперничество, они и по сей день остаются хорошими друзьями, и далеко не случайно, навестив приболевшего Агеева в кардиологической клинике, Лагутин очень мягко попросил лечащего врача: «Будьте, пожалуйста, повнимательнее к нему! Ведь это самая настоящая легенда».
Но в Токио тогда все же поехал оказавшийся на тот момент сильнее Лагутин, избранный капитаном команды, и, конечно, этот выбор не был случайным — вряд ли в сборной нашелся бы другой человек, обладавший таким авторитетом и при этом такой добросердечный и общительный. Как вспоминали позже его товарищи, поистине отеческая забота их капитана о дебютантах советской сборной была просто трогательна.
На токийском ринге Борис выступил довольно легко, насколько, конечно, слово «легко» применимо к олимпийскому турниру. И все же это было так. Дело в том, что Борис значительно превосходил всех своих соперников, и по-настоящему ему пришлось поработать лишь в финале, где он встречался с французом Гонзалесом. Кстати, этот боксер до финала заявил на весь мир, что после победы над Лагутиным перейдет в профессионалы. И он действительно перешел в профессионалы, хотя у Лагутина так и не выиграл, несмотря на свою довольно жестокую манеру ведения боя. Но даже из поражения он умудрился сделать себе рекламу, сразу же превратившись в «прекрасного боксера, проигравшего великому Лагутину!»
В Токио Лагутин проявил себя не только как прекрасный боксер, но и как истинный рыцарь без страха и упрека. Побывавший в нокдауне малоизвестный аргентинец Хирино начал применять недозволенные приемы, и когда судья дисквалифицировал его за неспортивное поведение, разъяренный боксер кинулся на него с кулаками. И тогда на защиту рефери встал Лагутин. Конечно, он мог бы без особого труда нокаутировать зарвавшегося аргентинца, но, показав себя и здесь истинным джентльменом, ограничился тем, что подставлял под довольно мощные удары аргентинца свои перчатки, демонстрируя одновременно и блестящую защиту.
После победы на Олимпийских играх Борис начал подумывать о том, не пора ли ему оставить большой спорт. К тому времени он уже был студентом биологического факультета МГУ, учеба ему нравилась, и он собирался посвятить себя науке. Тренировался он мало, но как только сборная снова позвала его в свои ряды, он отложил книги и, несмотря на месяц напряженной экзаменационной сессии и жестокий двухнедельный грипп, вышел на московский ринг. И хотя он выиграл тот бой по очкам у молодого, отчаянно размахивавшего кулаками парня, Федерация бокса отменила решение судей, поскольку великий Лагутин не имел права на такие неубедительные победы! И вот тогда-то задетый за живое Борис заявил: «Не могу уйти побежденным!»
Он снова впрягся в тяжелейшие тренировки и летом шестьдесят седьмого года вернул себе принадлежавшее Агееву звание чемпиона страны, выиграв у него по очкам. И все же в Мехико поехал бы лучше подготовленный Агеев, если бы проводы на предолимпийский сбор в известном московском кафе «Лира» не закончились трагически для Виктора Агеева и всего любительского бокса и он, вместо Мехико, не отправился бы совсем в другом направлении. На этот раз многие были против кандидатуры находившегося не в самой лучшей форме Лагутина, но он все-таки поехал Мехико. Те, кто голосовал за него, не сомневались: Борис не подведет.
Он не подвел и в первом же своем бою послал испанца Фахардо в нокаут, а затем, несмотря на постоянную нехватку воздуха, одержал еще три победы. Финал в первом среднем весе ожидался с особым нетерпением: «великому Лагутину» противостоял молодой и очень сильный кубинец Гарбей. И поначалу он оправдывал выданные ему авансы, тесня Бориса по всему рингу и нанося ему огромное количество жестких ударов. Лагутина не смутили отчаянные атаки кубинца — после одной из них Гарбей оказался на полу, и только гонг спас его от неминуемого нокаута. За минуту перерыва кубинец сумел прийти в себя и, словно и не было потрясшего его удара, снова пошел на Бориса с открытым забралом. Впрочем, чему удивляться? Кубинец был моложе Лагутина на целых десять лет и горел страстным желанием стать олимпийским чемпионом.
Во втором раунде Лагутин только сдерживал Гарбея, и чего это ему стоило, знал лишь он один. Но в третьем, когда надо было драться уже через «не могу», он заработал так, словно скинул со своих плеч по крайней мере пять лет. Гарбей пропустил несколько сильных ударов и, уже понимая, что ввязался в беспримерный в его практике бой, начал остывать. Финальный гонг застал Бориса в атаке, все пятеро судей отдали ему победу, и первым его поздравил великий Валерий Попенчен-ко, который вел телевизионные репортажи из Мехико.
После своей второй победы на Олимпийских играх Лагутин ушел из большого спорта и стал работать в ЦК ВЛКСМ, продолжая демонстрировать великолепную выдержку и уважительное отношение ко всем, с кем сталкивала его судьба.
«Борис Лагутин,— говорил о нем по случаю шестидесятилетия великого боксера многолетний председатель федерации бокса страны и президент Федерации бокса России летчик-космонавт Павел Попович,— для меня всегда останется примером благородства в спорте. Его тактичность, коммуникабельность, умение находить правильный выход из любой ситуации не раз выручали нашу боксерскую дружину. Верой и правдой Борис Николаевич продолжал служить отечественному боксу и после расставания с рингом работал в апппарате ЦК ВЛКСМ и в президиуме Всесоюзной федерации бокса. Знаю, что он никогда не отказывал в просьбах встретиться с молодежью. Сам не раз видел, как мальчишки замирают от восторга, когда на детских турнирах в зале появляется Лагутин. После соревнований он терпеливо отвечает на все вопросы, «раскладывает по полочкам» по просьбе ребят тот или иной бой. В общем, ведет себя с ними на равных. Неудивительно, что подростки отвечают ему взаимностью и всегда рады новой встрече с нашим самым титулованным боксером».
Как говорят, в школьные годы у Бориса Лагутина висели в комнате три рукописных плаката. На одном из них было написано: «Труд создал человека», на другом — «Вечно надеяться и никогда не сдаваться», на третьем всего всего лишь одно короткое, но такое емкое слово «Надо!» И, как утверждают знающие Бориса Николаевича люди, он и поныне руководствуется этими принципами, сделавшими его тем самым Лагутиным, которым на протяжении стольких лет восхищался весь спортивный мир. И это не дежурные слова, ведь, согласитесь, не многие рискнут своей собственной жизнью, спасая тонущих людей, как в свое время это сделал Борис Николаевич Лагутин.

Опубликовано в рубрике Заслуженные спортсмены, Мехико 1968, Рим 1960, Токио 1964. Комментарии (0)

  • Поиск по сайту

  • Олимпийские курьезы, анекдоты и шутки.

  • Отключение музыки.

    Афины, 2004. В финале группового турнира по синхронному плаванию во время выступления российской команды дважды отключалась музыка. Первый раз, когда синхронистки только начали выступление, второй — в середине его. Несмотря на это, российская команда стала олимпийским чемпионом. В марафонском забеге бразилец Вандерлей де Лима подвергся нападению болельщика-фаната, который некоторое время не давал ему продолжать бег. В результате де Лима стал только бронзовым призёром. Просьба бразильской федерации выдать де Лиму вторую золотую медаль не была удовлетворена, но в качестве утешения МОК вручил бразильцу приз справедливой игры им. Кубертена. В выступлениях гимнастов на перекладине судьи повысили оценку Алексею Немову в ответ на возмущение зрителей — 12 минут зал бушевал, и успокоить болельщиков смог только сам Алексей. К сожалению, повышение было небольшим и не позволило Немову стать призёром. А в соревнованиях по многоборью судьи ошиблись при подсчёте оценки корейского гимнаста Тае Енг Янга, и он получил «серебро», хотя должен был стать олимпийским чемпионом («золото» досталось американцу Полу Хаму). Голландский гребец Саймон Дидерик забыл свою серебряную медаль в такси. Об этом оповестили пять тысяч таксистов, работавших в тот вечер в Афинах, и медаль была возвращена. А рекорд рассеянности установил один из зрителей церемонии открытия Игр, который ухитрился забыть на стадионе кошелёк с 3,5 тысячами евро. Кошелёк и деньги были доставлены в службу забытых вещей в целости и сохранности. Во время соревнований по прыжкам в воду канадский болельщик, почему-то одетый в белую балетную пачку, пробрался через охрану, залез на трёхметровый трамплин и плюхнулся с него в бассейн. Нарушитель был выловлен и доставлен в полицию, но инцидент помешал нескольким спортсменам, в том числе Дмитрию Саутину, нормально выступить.

    Читать остальные курьезы и юмор.

  • Олимпийский отсчет

  • До олимпиады в Лондоне

  • События

  • Олимпиада 2012
    Олимпиада 2012 пройдет в Англии!
  • Чемпионат Европы 2012
    Чемпионат Европы 2012 проведут сразу 2 страны: Польша и Украина!
  • Чемпионат Мира 2014
    Чемпионат Мира 2014 пройдет в солнечной Бразилии!
  • Фотогалерея

  • moscow1980-14
  • Интересные факты

  • Баскетбольное шоу

    17 июня 1994 года на Красной площади в Москве устроено грандиозное баскетбольное шоу: команда СССР, победительница Сеульской Олимпиады-88, против ветеранов Национальной баскетбольной ассоциации США. Согласие на первый подобного рода поединок под звездами кремлевких башен дали комендант Кремля и президент России. Игровой помост поставили между Мавзолеем и памятником Минину и Пожарскому. Несколько тысяч зрителей разместил ись на самой площади, на трибунах у М авзолея, на Л обном месте, у ограды Собора Василия Блаженного. В 18.00 команды начали встречу в заявленных составах. «Звезды НБА»: тренер Оскар Робертсон (олимпийский чемпион 1960 года), игроки – Адриан Дэнтли (Детройт), Трент Так-кер (Нью-Йорк), Селрик Маршалл (Бостон), Уолтер Дэвис (Феникс), Брюс Сэллес (Чикаго), Деррил Уолкер (Нью-Йорк), Рон Хассел (Сиэтл), Дейв Раумфли (Индиана), Седрик Тони (Кливленд), Джо Валентайн (Денвер). «Звезды Олимпиады-88″ (с добавлением молодых игроков сборной России): тренер Александр Гомельский, игроки – Александр Волков, Игорь Корнишин, Сергей Тараканов, Игоре Миглиниекс, Валерий Тихоненко, Андрей Ольбрехт, Сергей Базаревич, Сергей Гре-зин, Андрей Спиридонов, Арвидас Сабонис. Четыре тайма (по правилам Н БА) завершились в пользу хозяев площадки – 96:74. Спустя полчаса после начала матча в ближайшее отделение милиции позвонил некто, сообщив, что Красная площадь заминирована. Матч прерывать никто не решился. К счастью, это оказалось «шуткой», ставшей очень модной в Москве. Много серьезнее оказались последствия матча. Продолжение баскетбольного шоу могло закончиться трагедией. Пять игроков «звезд Сеула» – Сабонис, Волков, Миглиниекс, Тихоненко и Корнишин с острым отравлением попали на следующее утро в инфекционный корпус Центральной кремлевской больницы. Тяжело перенес желудочную травму Сабонис, один из главных инициаторов встречи на Красной площади. У Тихоненко открылась язва. Пострадали и американцы, которых отравление настигло в воздухе, по пути домой. Одного из баскетболистов пришлось при промежуточной посадке госпитализировать. Виновник серьезного переполоха – завтрак с сосисками и яичницей в ресторане столичного «Новотеля», где жили участники представления на главной площади страны.

    Читать остальные интересные факты.

  • Видеогалерея

  • Наши партнеры:

  • Подробное описание проекты домов из пеноблоков здесь. . Информация создание интернет магазина под ключ на сайте. . мебель детская каталог
div class=